...Город рыбаков и бахчеводов Морянск взбудоражен, все четыреста тысяч жителей, от мала, до велика, высыпали на бетонные берега Волги. Шум. Крики. Тарахтят юркие моторки. Захлебываются гудками перепуганные баркасы, уступая дорогу стометровому великану-киту. Чудо-юдо спокойно. Над головой его веером расходится султан воды. Струя настолько велика, что верхняя часть ее теряется где-то в облаках. От этого над Волгой сияет дуга-радуга. Огромная пасть кита раскрыта, улыбается.

Куда же направляется океанский богатырь? Зачем он пожаловал в древний Морянск?! Петька Петух аж побледнел от любопытства и клацает щербатым ртом, словно мух ловит.

«Васька, — спрашивает он друга, — ты не знаешь, что заставило громилу завернуть в наши края?»

Но что может ответить Сом? Он лишь бессмысленно таращит глаза да испуганно дергает плечами.

«Это он ко мне в гости», — роняет небрежно Генка.

«Врешь!» — взвивается Петька.

«Брешешь!» — вторит ему Васька.

«Вру?! — Муха не спеша спускается по кирпичной лестнице к самой воде и, махнув пренебрежительно рукой, кричит: — Здравствуй, кит!.. Дорогой китяра, как твое самочувствие?»

Чудо-юдо в ответ приветственно бьет хвостом по кипящей воде, да так, что Волга выходит из берегов. Васька с Петькой по-обезьяньи лезут на деревья, а Генка как ни в чем не бывало садится на кита верхом и совершает на виду всего города круг почета... «Небось и Нюська Иночкина перестанет нос задирать... Сама начнет набиваться на дружбу!» Генка самодовольно хихикает.

— Чего смеешься? — спрашивает вернувшаяся с рынка мама, — уж не пятерку ли нынче отхватил по физкультуре?

— Нет, — скисает Генка. — От кита письмо получил.

— От какого еще кита? — Мама чуточку испугана, и Генка снова обретает бодрость духа.

— От самого настоящего! — И Муха победно подбрасывает вскрытое, но еще не прочитанное письмо.