Но, увы, поскольку чудодейственный порошок пока еще не открыт и ни один из мировых рекордов

Генкой не завоеван, что делать, придется ему мириться в табеле с худосочными отметками. И это в то время, как по всем ведущим предметам у него наитвердейшие пятерки!

— И все-таки силачовский порошок изобретут непременно!

Надо прямо сказать, Генка верил в науку безгранично и оттого тоже нередко попадал впросак. Да что там далеко ходить, в прошлом месяце, вычитав в одной из газет о том, что некий каменщик в Генуе, упав со второго этажа новостройки на ноги, ничего себе не повредил, а... стал неимоверно быстро расти, Генка, хлопнув себя по лбу, радостно завопил: «Эврика!..», и стал готовиться к сенсационному прыжку. В тот же вечер, забравшись к соседям на балкон — тот, что пониже! — Муха лихо сиганул со второго этажа в цветочную клумбу и угодил в объятия дворника. В результате этого «подвига» пострадали не только георгины и розы, но и Генкин затылок, к которому дважды приложилась железная ладонь дяди Кости. Дворник жалоб не признавал, с нарушителями порядка он всегда справлялся собственными силами. Если кто и выигрывал от этого, то уж, во всяком случае, не мальчишки. Тем не менее «штрафники» на дядю Костю всерьез никогда не обижались.

Поворчав для приличия на сердитого дворника, что, мол, бить чужих детей он не имеет никакого права, Генка улегся на диван и стал ждать, когда его руки, ноги и голова начнут вытягиваться в длину. Через каждые полчаса Муха подбегал к дверному косяку с царапинками, отмечавшими его рост, и, вытянувшись в струнку, замирал... Но напрасно. Чуда не свершилось. Генкин вихор на макушке так и не смог одолеть верхней отметины, нанесенной отцом еще в январе.

«Посплю, может, тогда...» — решил Генка. Но и утро оказалось ничуть не мудренее вечера. Тут Генка опечалился не на шутку. И было от чего!.. Не только в седьмом «А», но и в остальных седьмых классах — «Б», «В», «Г», «Д» — Муха вот уже второй год ходил в «самых маленьких»...