Первая «Ракета» с низовьев Волги прибывает в шесть двадцать утра. В шесть Генка с папой уже стояли на пристани для кораблей с подводными крыльями.

Серый железобетонный причал, окантованный толстенными привальными брусьями, выглядел величественно и современно. В ста метрах вверх по течению покачивалась пристанешка для речных трамвайчиков. Покрашенная в нежно-голубой цвет, вся в деревянной кружевной резьбе, она тоже производила праздничное впечатление.

— Красиво-то как! — воскликнул Генка.

— Да, сработано знаменито! По-русски!..

В устах отца это звучит как высшая оценка. Олег Георгиевич слово работа всегда произносит с благоговением. Специалист на все руки, лучший в области полиграфист, он знает истинную цену этому слову. И Генка, пропуская каждую буковку через сердце, повторяет вслед за отцом:

— Уж точно, сработано знаменито!..

Хороша матушка-Волга июньской порой, особенно в утренние часы! Пушистое, легкое солнце, вынырнув из-за горизонта, играючи, без всякого усилия, набирает высоту. Как веселый школяр, оно поскакивает по кронам низкорослых акаций и стройных тополей, по крышам многоэтажных домов и заводским трубам. Ажурный мост, переброшенный через Волгу, кажется невесомым. Под него то и дело подныривают шустрые баркасы, похожие на водяных жуков.

Генка напряженно всматривается вдаль, он задался целью первым «засечь» серебристый челнок «Ракеты», пришпиленный кормой к пенной дорожке.